[personal profile] tymofiy
> Мы без конца проклинаем товарища Сталина, и, разумеется, за дело. И все же я хочу спросить — кто написал четыре миллиона доносов? (Довлатов)

Ватникам удивительно понравился этот вопрос. Раз и два. Поскольку снимал часть вины со столь любимого ими НКВД и резонировал с их общей ненавистью к умеющим писать.

Сам Довлатов объяснил доносы «тенденцией исторического момента». Человек слаб, и многие, мол, воспользовались моментом, чтобы сжить со свету конкурента, или расширить свою жилплощадь.

Реальность 30-х, однако, была и проще и страшнее. У сталинского следователя есть план. Есть надежда на карьеру. Есть поощрение от руководства за раскрытые заговоры и шпионские организации. И есть жертвы, которым некуда жаловаться и к которым разрешено применять меры физического воздействия.

Ваша жизнь кончилась, дальше лагерь или расстрел. Оправдательный приговор не про вас, вы враг народа. Подпишете ли вы под пытками признание или нет — неважно. Впереди только смерть.

Плохая ситуация? Однозначно. Трудно подобрать слово, насколько плохая.

Так вот она на самом деле была куда хуже. Потому как смириться со своей участью мало. Дальше нужно помочь товарищу следователю в его работе: ему нужно поднимать показатели. Вы ведь шпион? Ну вот. Кто ваш связной? С кем общались вообще? Кто вас завербовал? Имена?

Пишите! Имена знакомых и близких пишите!

Не хочешь писать?! Ах ты ж контра!! И конвейер пыток на несколько суток, один палач за другим. Когда просто сдохнуть или поехать на Магадан без того, чтобы обречь друзей на то же — завидная участь. И подвиг, который тем более подвиг, что о нем всё равно никто не узнает.

Читавшим «Сад Гетсиманский» вопрос про доносы ни разу не кажется смешным. Он только показывает насколько больны или наивно-невежественны люди его задающие.

Profile

tymofiy: (Default)
Tim Babych

Tags